Блог

Личность Марка Цукерберга

В сфере бизнеса личность Марка Цукерберга вызывает всеобщее восхищение, хотя среди многочисленных социальных групп его начинание не раз подвергалось критике.

При обсуждении темы очередной статьи в данной рубрике автор предложил редакции, перефразируя героя фильма «Берегись автомобиля»: «А не замахнуться ли нам на Марка нашего Цукерберга?» Редакция была горячо «за». И дей­ствительно — пора! Сколько еще ждать… Парень вот-вот четвертый десяток разменяет, да и в «самых молодых мил­лиардерах в истории» ходит уже без малого десяток лет… А если серьезно, то 30-летний Марк Цукерберг, конечно же, вундеркинд и чудо — во всех смыслах (в чем многие могли убедиться во время недавнего визита основателя Facebook в Москву). Хотя и к «чуду» у въедливой общественности, как говорится, имеются вопросы…

Компьютеры, Гомер, девушки, кражи со взломом

Даже на фоне десятка таких же «молодых, да ранних» ли­деров современной ИТ-индустрии, бросивших университет ради того, чтобы за считанные годы сделать первые миллио­ны и миллиарды (Билл, оба Стива, Майкл, Сергей и Ларри… список каждый может продолжить сам), феномен создателя Facebook — нечто исключительное. Сделать миллиардное состояние за каких-то пять лет — и притом на одном-един-ственном интернет-сайте! Правда, сайт оказался не про­стой, а во всех отношениях золотой — сегодня он занимает, по разным оценкам, места со второго по четвертое среди всех веб-сайтов в мире по трафику, и его регулярно по­сещают около полумиллиарда человек. Полмиллиарда по­тенциальных покупателей товаров и услуг — с точки зрения рекламодателей. Отсюда и указанные миллиарды.

Будущий миллионер, не заметивший, как превратился в миллиардера, родился в 1984 году в Уайт-Плейнсе (штат Нью-Йорк), а детство провел в соседнем городе Доббс-Ферри. Марк Элиот Цукерберг вырос в состоятельной интеллигентной еврейской семье (оба родителя были вра­чами) и с самого раннего возраста явил все качества вун­деркинда, которым папа с мамой будут заслуженно гордить­ся в старости. Но даже в самых смелых мечтах родители вряд ли видели сына тем, кем он стал.

Еще учась в средней школе, Марк овладел наукой (или искусством — это кому как) писать компьютерные программы. Причем более всего юного программиста занима­ли программы коммуникационные и игровые. А завершая обучение в престижной школе-интернате, «подвинутый» на компьютерах подросток неожиданно увлекся… антич­ностью. Программирования он, впрочем, не забросил, еще до поступления в университет написав несколько вариантов оригинального софта — программу для сети ИТ-телефонии в отцовском офисе и компьютерную версию популярной на­стольной игры Risk (в которой, конечно же, перенес дейст­вие в обожаемую Римскую империю). Но самым успешным был созданный школьником plug-in для медиаплеера -Synapse. Этот программный модуль сначала изучал вкусы слушателя, классифицировал их, после чего самостоятель­но составлял списки для прослушивания.

Неплохо для абитуриента! Настолько неплохо, что по­следней программой одновременно заинтересовались та­кие гиганты, как AOL (America-on-Line) и Microsoft. Обе ком­пании пытались купить права на Syntax, а также переманить к себе юное дарование. Предложено тому было не много, а очень много — аж $2 млн. Но Цукерберг не торопился «продаваться» — позже он откажется и от суммы, на порядки большей: $1 млрд за свой Facebook! Вместо этого молодой человек поступил в престижный Гарвард, где продолжил «погружение» в оба любимых хобби — программирование и античную литературу. На первых порах сокурсников по­ражала способность их товарища запросто декламиро­вать наизусть целые главы из «Илиады». Его успехи на ИТ-фронте выявились чуть позднее. Но зато как выявились!

Как позже вспоминал сам Цукерберг, впервые он заду­мался над идеей социальной сети еще во время учебы в кол­ледже. Там, в частности, свято блюли одну из традиций аме­риканской высшей школы — ежегодно издавать справочники с портретами всех учащихся и преподавателей. Своего рода «альбом курса», называвшийся Face Book («Книга лиц»). В Гарварде Цукерберг вновь вернулся к этой идее, решив воплотить ее не в бумажном виде, а в электронном. Альбом со статичными «фотками», который можно лишь перелисты­вать, органично трансформировался в мозгу Цукерберга в инструмент общения «по интересам» — социальную сеть.

Студент есть студент, будь он «отвязный» компьютерный фанат или мальчик-вундеркинд из приличной еврейской се­мьи. Ничто человеческое не было чуждо и Марку Цукербер-гу, который, по его собственному признанию, начал с того, что взломал гарвардскую сеть «для служебного пользования» (houseSYSTEM). А точнее, ее раздел Universal Face Book, со­державший личные дела студентов. «Взломщика», впрочем, интересовали только студентки, да и то не все — лишь самые симпатичные. Фото последних были выложены Цукербергом в открытый доступ попарно, чтобы дать возможность друзьям по общаге проголосовать за ту, кто им покажется более при­влекательной. Первоначально, кстати, автор идеи собирался составить фотопары из студенток и… домашних животных!

Поскольку как раз в то время пребывал в расстроенных чув­ствах — его только что «отшила» очередная (и не виртуаль­ная — реальная) кандидатка на роль girlfriend… Как бы то ни было, подпольный заочный «конкурс красо­ты» имел успех. Но только не у университетского начальства, пригрозившего организатору самыми страшными кара­ми — вплоть до исключения. Среди предъявленных обвине­ний были не только нарушение закона об авторском праве, но до кучи еще и нарушение священного права на privacy, посягательство на которое в Штатах никому с рук не сойдет! Однако обошлось… И пытливый студент, приобретя одно­временно оба опыта — положительный и отрицательный, за­думался: а что еще можно «выжать» из подобной идеи?

Выезд студентов на «капусту»

В то время в alma mater Марка Цукерберга работал еще один любопытный студенческий сайт- некий гибрид службы знакомств и бизнес-сети под названием Harvard Connection. Для того чтобы вывести его за пределы Гарварда, создате­лям не хватало лишь толкового программиста, который на­шелся сразу же после скандала с «конкурсом красоты».

Другое дело, что герой недавнего скандала, взявшись за работу, вскоре охладел к этой затее. И объявил, что про­ект почти готов, но лично он, Марк Цукерберг, заниматься данным проектом не собирается, так как считает его бес­перспективным. А вскоре после этого — и вместо этого — запустил собственный сайт, название которого, по данным на сентябрь прошлого года, знакомо уже миллиарду с лиш­ним жителей планеты – Facebook.com.

Историческое событие имело место в ночь на 4 февра­ля 2004 года. «К утру, — вспоминает Цукерберг, — мы были в состоянии ажиотажа, наблюдая, с какой скоростью идет процесс регистрации. За первые сутки у нас было от 1200 до 1500 зарегистрированных пользователей».

Кстати, создатели той самой «бесперспективной» сети HarvardConnection.com (позже переименованной в ConnectU) — Кэмерон и Тайлер Уинклвоссы и Дивья Нарендра — немедленно подали в суд на Цукерберга, обвинив его в краже их кодов. Суд отклонил обвинение, но, забегая вперед, в 2007-м последовал новый иск. И хотя спустя еще год стороны разошлись полюбовно (Facebook, Inc. факти­чески купила «интеллектуальный продукт» истцов, заплатив за их сайт собственными акциями на $1,2 млн, что к моменту выхода на IPO — о чем ниже — составило $300 млн), осадок, как в известном анекдоте, остался…

В 2008 году Марк Цукерберг мог себе позволить такие расходы, чтобы замять скандал. Хотя и в самом начале его компания не испытывала проблем с деньгами. Инвесторы пришли тем же летом 2004-го, когда Марк со своими друзьями по общаге, также «заболевшими» со­циальными сетями, — Дастином Московицом, Крисом Хьюзом и Эдуардо Саверином — на каникулы рванул на другой конец Америки, в калифорнийский городок Пало-Альто. Иначе говоря, в самое сердце легендарной Силиконовой долины — где ж еще реализовывать подобные безумные проекты! Сняв домик на летний период, друзья превратили его в свой офис.

Первым делом Цукерберг познакомился с Шоном Парке­ром — одним из создателей знаменитой сети Napster — и уго­ворил его стать президентом новоиспеченной Facebook, Incorporated. Тот, в свою очередь, свел ее новоиспеченного СЕО с серьезным инвестором — соучредителем не менее из­вестной платежной системы PayPal Питером Тилом. Цукербергу понадобилось всего четверть часа, чтобы уломать Тила выписать чек на круглую сумму — полмиллиона долларов. После этого о возвращении в alma mater уже никто не заи­кался. Формально Марк Цукерберг сотоварищи по сей день считаются в Гарварде «отчисленными за неявку на занятия».

Между тем назвать злостных прогульщиков бездельни­ками язык не повернется. К концу зимы в сети Facebook (домен Facebook.com, был куплен за $200 тыс.) были зарегистрированы уже более миллиона пользователей. По­степенно подключались другие престижные университеты. Восточного побережья из так называемой Лиги Плюща (Ivy League) — Дартмутский, Йельский, Корнеллский, нью-йоркский Columbia. К ним присоединился Стэнфордский в Калифорнии, а затем и все остальные рангом пониже.

Непосредственным эффектом от этой «универсиады» стал лавинообразный рост сайта Facebook — особенно пос­ле того, как в сентябре 2006 года сеть оказалась доступна для всех, кому исполнилось 13 лет и кто имел действующий адрес электронной почты. Спустя год количество «живых» страничек-аккаунтов, на которых информация обновляется хотя бы раз в месяц, превысило 50 миллионов. Еще через три года это число выросло на порядок, при­близившись к полумиллиарду, и, как уже говорилось выше, после сентября прошлого года превысило символический миллиард.

Фейс-контроль как идеологическая платформа

Инструмент, способный донести любой «месседж» до од­ной шестой населения Земли, разумеется, не мог проиг­норировать ни один уважающий себя рекламодатель. Ска­зать, что деньги потекли в Facebook рекой — значит, ничего не сказать. Нет подходящих сравнений для этого потока «зелени» — разве что Ниагарский водопад… В первый год существования сети только два венчурных фонда, Accel Partners и Greylock Partners, вложили в нее более $40 млн ($12,7 млн и $27,5 млн соответственно). А один из богатейших людей планеты, гонконгский миллиардер Ли Кашин, дважды «отстегнул» по $60 млн!

И хотя компания до второй половины прошлого года оставалась частной, и ее владелец не обязан был предо­ставлять подробную отчетность, некоторые косвенные оценки финансового состояния Facebook впечатляют. Когда в октябре 2007 года компания Билла Гейтса купила 1,6% ак­ций Facebook за $240 млн, специалисты быстро подсчитали рыночную капитализацию детища Цукерберга — $15 млрд. Другие, более консервативные, оценки все равно не опуска­ются ниже $5-7 млрд. Даже в черном для глобального биз­неса 2008-м чистая прибыль компании составила $300 млн. Личное состояние самого Цукерберга журнал Forbes в ны­нешнем году оценил в $9,4 млрд. Так что создатель и владелец самой крупной социальной сети в мире не прогадал, отказавшись в свое время продать ее за $750 млн и даже за $900 млн (соответственно компа­ниям Viacom и Yahoo).

Парадоксально, но сам создатель Facebook вовсе не считает ее социальной сетью! Предпочитая говорить о своем детище как о «социальном инструменте» или, упо­требляя более модный термин Брэда Фицпатрика (созда­теля LiveJournal, а ныне сотрудника Google), как о «соци­альном графе». Что такое граф, объяснять сложно и долго, сам термин пришел из топологии и нематематику ровным счетом ничего не скажет, как ни объясняй. Но принципи­альную разницу между Facebook и прочими социальными сетями лаконично обрисовал сам создатель первой: «Цель не в том, чтобы создавать новые сообщества и устанавли­вать связи между людьми… Цель нашего проекта — отобра­жать уже существующие реальные связи реальных людей, дать им удобный способ делиться информацией». А конку­ренты, главными из коих остаются MySpace и Linkedln, — это, по мнению Цукерберга, «медийные проекты» или бизнес-сети соответственно. В первые народ заходит, чтобы раз­влечь и развлечься самому, а во вторые — в поисках деловых партнеров или работодателей.

С самого начала создатель Facebook поступил парадок­сально — как, впрочем, и всегда. А именно: не стал откры­вать двери всем желающим, а напротив, ограничил вход, установив своего рода фейс-контроль. Понимать это сле­дует почти буквально. Дело в том, что в отличие от прочих сетей в Facebook, в полном соответствии с названием, мож­но зарегистрироваться, лишь выложив собственную реаль­ную фотографию. «Личико», а не провоцирующие на ано­нимное хамство и безответственность аватары! Так было создано сообщество реальных, а не виртуальных пользо­вателей, что практически закрыло сеть для разного рода «безбашенных» хулиганов и спамеров. Реальные молодые люди, не скрывающие лиц, показались привлекательными и для инвесторов, которые, естественно, в первую очередь думали о рекламодателях.

А вторым ноу-хау Цукерберга стали разнообразные при­ложения, которые быстро вывели его сеть далеко за преде­лы обычного «электронного бюро знакомств». В мае 2007 года были запущены интерфейсы Facebook API для программирования социальных приложений, получившие название Facebook Platform. Большей частью это, конечно, игры, но встречаются и вполне солидные бизнес-приложения. Приложений написано уже десятки тысяч, и у каждого пользователя сети есть возможность выбрать именно те, которые им нужны (в общее меню Facebook Applications не выкладываются). Таким образом, первона­чально социальная сеть на глазах превращается в некий глобальный компьютер, на котором более 100 миллионов пользователей запускают свои программы. Этой же деятель­ностью занят без малого миллион (!) программистов-профи, работающих на Facebook. А специально для пользователей- «чайников» в позапрошлом году стартовала облегченная версия Facebook Connect.

О чем-то подобном в последние годы активно думает и другой «вундеркинд» — Сергей Брин, озабоченный идеей превращения своей поисковой системы Google в систему операционную. Новацией стало и использование Facebook в качестве рекламной площадки. Не отказываясь от традиционных баннеров, Цукерберг добавил к ним свой вариант «сарафанного радио» (по-научному — вирусного маркетинга). Пользователи совершают покупки на сайтах, «дружествен­ных Facebook», а сама система разносит весть об этом всем «друзьям» пользователя. Подобную технологию прозрачно назвали Beacon («Маячок»). Вместе с двумя другими при­ложениями — Social Ads и Facebook Insights — она оказалась очень привлекательной для рекламодателей, позволяя им направлять свои стрелы — «послания» точно в цель.

Дело и слово

Если в сфере бизнеса личность Марка Цукерберга вызы­вает всеобщее восхищение (вкупе с понятной завистью), то среди многочисленных социальных групп его начинание не раз подвергалось критике. И пока крупнейшие и влия­тельнейшие СМИ включают Facebook в разнообразные «списки лучшего» (за год и последнее десятилетие), дру­гие настойчиво обращают внимание на «другую сторону медали». Какова «обратная сторона», это всем хорошо известно, вообще присутствует в любом более или менее значительном техническом изобретении. Тем более в тех, что находятся на грани техники и общественной жизни.

Не раз писали — и достаточно убедительно, — что, во вся­ком случае в США, увлечение Facebook (и социальными се­тями вообще) на глазах приобретает характер совершенно «наркотического» привыкания. О том, как относятся рабо­тодатели к детищу Марка Цукерберга, отнимающего драго­ценное рабочее время у миллионов сотрудников, и говорить нечего.

Но высказывались инвективы и посерьезнее. Особенно до­ставалось Facebook от различных американских обществен­ных организаций, защищавших ту самую privacy, о которой говорилось выше. А также от не менее многочисленного со­общества защитников прав потребителей, традиционно оза­боченных засильем рекламы, с помощью которой — это так­же становится все более очевидным для все большего числа задумывающихся граждан — производители не удовлетворя­ют запросы потребителей (как должны бы), а искусственно формируют их, «впаривая» уже почти полностью «зомбиро­ванному» потребителю товар отнюдь не лучший, но тот, ко­торый во что бы то ни стало нужно продать здесь и сейчас.

Бьют тревогу и родители. Согласно опросам, проведен­ным в позапрошлом году авторитетным изданием (из тех, что защищают права потребителей) — Consumer Report, сре­ди пользователей Facebook по крайней мере 7,5 миллиона детей в возрасте до 13 лет и 5 миллионов, которым меньше десяти. На этом «грозовом» фоне неудивителен полный «пе­реход на личности» — запрет сайта facebook.com в таких странах, как Китай, Вьетнам, Сирия и Иран. Но и во многих «оплотах демократии» сайт блокируют конкретные работо­датели, недовольные (и часто обоснованно) тем, сколько времени их сотрудники проводят в социальных сетях вместо того, чтобы заниматься делом.

Все последние годы в мире бизнеса постоянно цирку­лировали слухи о грядущей продаже Facebook какой-либо из компаний — «тяжеловесов» на ИТ-рынке. Или хотя бы акционировании детища Цукерберга. Сам он с завидным по­стоянством опровергал оба слуха, повторяя еще и еще раз, что «увеличение капитализации не входит в число наших при­оритетов», во всяком случае, на обозримый период. И про­должал с улыбкой твердить то же самое вплоть до весны про­шлого года. Когда-свершилось! Частная компания Facebook превратилась в акционерную Facebook, Incorporated.

Многие аналитики, впрочем, и ныне полагают, что с вы­ходом на IPO компанию Facebook может ждать не триумф, а, напротив, горькое разочарование. Но, как было сказано, «нехай клевещуть», пока же, невзирая на отдельные вре­менные сбои, «дело Марка» живет и побеждает, как ранее дело Маркса…

В 2010 году, когда в Дублине была открыта международ­ная штаб-квартира Facebook, Inc., один из главных толко­вых словарей английского языка, Collins English Dictionary, назвал «словом года» имя собственное Facebook. А годом позже другое не менее авторитетное издание — New Oxford American Dictionary — официально «прописало» в англий­ском языке глагол-неологизм, рожденный на том же сайте: to unfriend (как ранее глагол «гуглить»). Адекватно и столь же лаконично, в одно слово, перевести to unfriend на русский -проблема: «выдружить», в смысле «вычеркнуть из списка друзей»? Но это проблема наша, русскоязычная. В любом случае, когда бизнес-жаргон получает офици­альную «прописку» в живом языке, это значит, что данный бизнес — всерьез и надолго. Культ личности, однако!

0